Неподача заявления о банкротстве

Субсидиарная ответственность за неподачу заявления должника о банкротстве: предупредительные рекомендации

Неподача заявления о банкротстве

Одним из оснований субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц (далее – руководители или КДЛ) является неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены ст. 9 Закона о банкротстве. В этом случае размер ответственности равен размеру обязательств, возникших после истечения срока, предусмотренного положениями ст. 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

В настоящей заметке я не буду останавливаться как на вопросе определения круга контролирующих лиц, которые могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по данному основанию, так и на вопросе определения момента, когда у КДЛ возникает обязанность по подаче заявления должника о банкротстве, а хочу дать несколько полезных, практических советов как избежать или уменьшить размер ответственности.

 Прежде всего стоит обратить внимание на разъяснения ВС РФ, которые были приведены в Определении от 31.03.2016 № 309-ЭС15-16713, раскрывающие суть указанного вида основания субсидиарной ответственности:

«Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица.

Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы».

Из указанных разъяснений следует, что КДЛ, обладая неограниченным правом доступа к информации о финансово-хозяйственном состоянии общества, а также определяя направление деятельности общества, обязан добросовестно определить момент объективного банкротства и обратиться с заявлением о банкротстве должника, что имеет существенное значение для разрешения вопроса об очередности удовлетворения обязательств – обязательства, возникшие после возбуждения дела о банкротстве являются текущими и погашаются приоритетно, а в случае неподачи заявления должника о банкротстве при наличии признаков объективного банкротства, те же самые обязательства буду являться реестровыми. В связи с этим обстоятельством размер ответственности по рассматриваемому основанию равен совокупного размеру только тех требований, которые возникли после появления признаков объективного банкротства.

В абзаце втором пункта 9 Постановления N 53 содержаться разъяснения, указывающие на возможность освобождения руководителя от ответственности либо уменьшение ее размера, если он докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности не свидетельствовало об объективном банкротстве и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план.

Исходя из данных разъяснений, возможно сформулировать несколько рекомендаций для руководителей, которые возможно применять в текущей деятельности компании, которые при наступлении банкротства и последующем предъявлении к КДЛ требования о субсидиарной ответственности, помогут усилить доказательственную базу.

1. Систематическое проведение аудита.

Если для акционерных обществ проведение ежегодного аудита деятельности является обязательным, то для обществ с ограниченной ответственностью добровольный аудит это скорее редкое явление. Между тем, аудиторский отчет может оказаться довольно весовым доказательством при рассмотрении дела о субсидиарной ответственности.

При этом аудиторский отчет, в отличие от иных видов обязательной отчетности (бухгалтерская, консолидированная отчетность и прочее), которые должны готовить корпорации в соответствии с требованиями законодательства, является наиболее «гибким», то есть в отчете могут быть описаны различные обстоятельства, так или иначе обосновывающие положительное финансовое состояние общества в отрыве от реальных показателей.

Таким образом, своевременное и заблаговременное проведение аудита может явиться некой «подушкой безопасности», которая позволит руководителю обосновать принятые им решения с учетом финансового состояния общества в тот или иной момент.

Основным условием, которое позволит аудиторскому отчету выполнить свою задачу, является его заблаговременная подготовка, то есть отчет не должен быть составлен задним числом на этапе рассмотрения дела о субсидиарной ответственности либо в него не должны вноситься какие-либо «удобные» изменения. Выявление таких обстоятельств может сыграть обратную роль и позволить суду критически оценить представленный аудиторский отчет.

2. Обращение к услугам антикризисного управления.

Одним из доказательств подтверждающим, что добросовестный руководитель приложил услилия, направленные на преодоление финансовых трудностей (признаков неплатежеспособности), могут являться рекомендации, подготовленные антикризисными управляющими или бизнес консультантами. 

Такие специалисты могут выявить и оценить неблагоприятных ситуации и узкие проблемные места, а также факторы, приведшие к их проявлению, предотвратить либо минимизировать неблагоприятные последствия таких ситуаций, разработать программы финансового оздоровления или поиска инвестиционных источников, а также провести анализ перспектив реструктуризации активов (имущества, собственного капитала, кредиторской и дебиторской задолженности).

Документы, подготовленные антикризисными специалистами, будут иметь важное доказательственное значение в деле о субсидиарной ответственности только в том случае, если руководитель представит не только доказательства обращения к таким специалистам, но и безоговорочного выполнения их рекомендаций.

3. Реструктуризация, мировые соглашения.

В тех случаях, когда должник уже допустил дефолт по кредитным обязательствам либо не исполнил в установленные сроки иные денежные требования, доказательством того, что КДЛ предпринимали действия по выходу из кризисной ситуации, могут явиться документы, подтверждающие действия КДЛ по ведению переговоров о реструктуризации долга либо предложения о заключении мирового соглашения.

Еще лучше, если к документам, направленным в адрес кредиторов с предложениями и реструктуризации/рассрочке, будет приложен экономически обоснованный план с указанием источников погашения долга.

Такие действия, даже в случае, если кредитор откажет в реструктуризации долга либо не согласится на рассрочку погашения задолженности, будут свидетельствовать о принятии руководителем разумных, добросовестных действий, направленных на выход из кризисной ситуации. В совокупности с иными обстоятельствами, такие действия могу сыграть решающую роль в определении размера субсидиарной ответственности. 

4. Своевременная подготовка документов и их хранение.

Следует отметить, что все вышеперечисленные рекомендации не имеют никакого смысла, если они не будут подтверждаться соответствующими документами либо документы будут подготовлены задним числом в момента, когда уже будет возбуждено дело о банкротстве либо подано заявление о субсидиарной ответственности.

На практике очень часто встречаются случаи, когда ответчики по заявлению о субсидиарной ответственности рассказывают многочисленные обстоятельства, в том числе из перечисленных выше, однако не имеют на руках каких-либо оригиналов или даже копий документов.  Причин отсутствия документов как правило несколько: либо руководитель надлежащим образом не позаботился об их оформлении, либо не имеет доступа к документам в связи со сменой исполнительного органа/бенефициара общества.

Таким образом, основной и фундаментальный совет для потенциальных КДЛ – надлежащим образом оформлять каждое действие, направленное на выход из кризисной ситуации и обеспечить безопасное, надлежащее хранение документов. Также возможно создать домашний архив из копий принципиально важных документов.

Следуя указанным выше рекомендациям, в случае возбуждения дела о банкротстве и последующего предъявления требования о субсидиарной ответственности, руководители и бенефициары должника будут иметь возможность не только формально обосновывать разумность своих действий, но и ссылаться на реальные, объективные доказательства отсутствия признаков объективного банкротства на определенный момент времени и как следствие могут быть освобождены от субсидиарной ответственности по рассматриваемому основанию. 

Источник: https://zakon.ru/blog/2019/2/1/subsidiarnaya_otvetstvennost_za_nepodachu_zayavleniya_dolzhnika_o_bankrotstve_predupreditelnye_rekom

Вс пояснил, когда нельзя наказывать за несвоевременную подачу заявления о банкротстве

Неподача заявления о банкротстве

Верховный Суд вынес Определение № 305-ЭС19-13378 (3), в котором разобрался, возможно ли привлечение руководителя организации к субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления общества о банкротстве, если аналогичное заявление уже было подано кредитором.

7 августа 2014 г. АО «Государственный проектно-изыскательский институт земельно-кадастровых съемок имени П.Р. Поповича» подало заявление о собственном банкротстве, которое определением от 18 сентября 2014 г. было принято к производству (дело № А40-62032/2014). 21 августа 2014 г. Гарий Прилуцкий был назначен врио генерального директора.

7 октября 2014 г. в Арбитражный суд г. Москвы поступило заявление ООО «Полиграфический центр» о признании должника банкротом. Это заявление сначала было оставлено судом без движения, а затем определением от 18 ноября 2014 г.

было принято к производству в рамках настоящего дела. При этом 9 октября 2014 г.

должник в лице Гария Прилуцкого представил письменное заявление об отказе от ранее поданного заявления о собственном банкротстве, в связи с чем производство по этому делу было прекращено (определение суда от 16 октября 2014 г.).

Посчитав, что Прилуцкий и несвоевременно подал заявление о банкротстве, конкурсный управляющий АО обратилась в АС г. Москвы с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника его мажоритарного акционера – АО «Роскартография», Гария Прилуцкого, а также бывшего руководителя общества Георгия Смирнова.

Арбитражный суд г. Москвы сослался на ст. 61.

12 Закона о банкротстве и пришел к выводу о наличии оснований для привлечения Прилуцкого к субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве. Данный вывод мотивирован тем, что с 2012 г.

должник стал отвечать признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества. Несмотря на это Гарий Прилуцкий лично создал условия для прекращения уже возбужденного дела о банкротстве должника.

Суд посчитал доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности Смирнова и Прилуцкого за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве. Производство по заявлению управляющего в части определения размера их ответственности было приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Гарий Прилуцкий подал апелляционную жалобу, однако постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 9 ноября 2019 г. определение первой инстанции оставлено без изменения. 24 декабря 2019 г. Арбитражный суд Московского округа согласился с апелляцией.

В кассационной жалобе, поданной в Верховный Суд, врио гендиректора общества попросил отменить нижестоящие акты в части, касающейся привлечения его к субсидиарной ответственности.

Изучив материалы дела № А40-162830/2014, ВС указал, что невыполнение руководителем требований ст. 9 Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица.

Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. Хотя предпринимательская деятельность и не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими установленный законом режим осуществления хозяйственной деятельности.

Высшая инстанция отметила, что одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на руководителя субсидиарной ответственности по новым обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

В связи с этим в п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона от 29 июля 2017 г., которым в него и в КоАП были внесены поправки) и в ст. 61.

12 Закона о банкротстве (в действующей редакции) законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу ст.

9 Закона о банкротстве, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, т.е. явно неспособному передать встречное исполнение.

В настоящем деле, заметил ВС РФ, суды установили, что 7 августа 2014 г. (до назначения Прилуцкого врио генерального директора АО) должником было подано заявление о собственном банкротстве в рамках дела № А40-62032/2014. При этом 7 октября 2014 г.

, за два дня до отзыва Прилуцким упомянутого заявления, в суд уже поступило заявление ООО «Полиграфический центр» о признании должника банкротом в рамках настоящего дела.

Сведения о поступлении заявления центра в суд были публично раскрыты путем размещения в общедоступной информационной системе «Картотека арбитражных дел», обеспечивающей автоматический централизованный сбор информации о движении судебных дел из арбитражных судов и представление этой информации в интернете.

Таким образом, резюмировал Верховный Суд, на стороне Гария Прилуцкого не возникла обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом, поскольку указанная обязанность на момент его назначения на должность уже была исполнена предыдущим руководителем, а заявление центра о признании должника банкротом, поданное по настоящему делу о банкротстве должника, поступило в суд до прекращения первого дела о банкротстве.

«Иными словами, в рассматриваемом случае отсутствовал сам факт обмана потенциальных кредиторов в виде сокрытия от них информации о наличии у должника признаков несостоятельности. При таких обстоятельствах у судов не имелось оснований для возложения на Прилуцкого Г.И.

субсидиарной ответственности по обязательствам должника за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о банкротстве. Требование о привлечении Прилуцкого Г.И.

к субсидиарной ответственности по иному основанию, связанному с доведением должника до банкротства, конкурсный управляющий на разрешение суда не передавал, такого рода обстоятельства не приводил и не обосновывал», – подчеркнул Верховный Суд.

ВС отменил решения нижестоящих инстанций относительно привлечения Гария Прилуцкого к субсидиарной ответственности и отказал в удовлетворении заявления в этой части.

В комментарии «АГ» генеральный директор ООО Юридическое бюро «Падва и Эпштейн» Павел Герасимов заметил, что определение соответствует тренду разрешения споров по субсидиарной ответственности директора за неподачу и несвоевременную подачу заявления о банкротстве.

«На уровне ВС РФ сложилась практика, что привлекаться к ответственности должен руководитель за те долги общества, которые возникли после неисполнения им обязанности по подаче заявления о банкротстве, а не за все долги, которые возникли после наступления факта неплатежеспособности», – отметил Павел Герасимов.

По его мнению, Верховный Суд в текущем споре особенно подчеркнул, почему законодатель и практика должны идти именно по такому пути – чтобы в указанный период, когда должник, по сути, был неплатежеспособен, его кредиторы не были введены в заблуждение о его финансовой состоятельности, а если оказались введены в заблуждение за счет бездействия руководителя, то такой руководитель должен нести субсидиарную ответственность по таким долгам. «Нижестоящие суды не приняли во внимание, что такой обман и введение в заблуждение в конкретной ситуации со стороны Прилуцкого Г.И. отсутствовали, поэтому его не должны были привлекать к ответственности», – указал эксперт.

Адвокат практики реструктуризации и банкротства ART DE LEX Юлия Шилова согласилась с выводами Верховного Суда. «Во-первых, решение об отзыве заявления о банкротстве было принято советом директоров общества, новый директор просто исполнял волю. Во-вторых, информация о банкротстве уже была раскрыта и доведена до сведения кредиторов», – заметила она.

По мнению Юлии Шиловой, это первый случай на практике, который достиг публичной огласки. «Примеров отзывов заявлений, поданных предшественниками не было, или же они не на слуху», – подчеркнула она.

Источник: https://www.advgazeta.ru/novosti/vs-poyasnil-kogda-nelzya-nakazyvat-za-nesvoevremennuyu-podachu-zayavleniya-o-bankrotstve/

Субсидиарная ответственность за неподачу заявления о банкротстве

Неподача заявления о банкротстве

В этой статье мы рассмотрим, как и кого привлекают к субсидиарной ответственности за неподачу заявления должника о собственном банкротстве. Разберем реальные примеры из судебной практики, бесспорные доводы и доказательства.

«Чтобы не попасть в капкан, Чтобы в темноте не заблудиться,Чтобы никогда с пути не сбиться,Чтобы в нужном месте приземлиться, приводниться, —Начерти на карте план»(В. Высоцкий, адаптация Льюиса Кэрролла)

Обещаю – слишком сложно не будет)). Итак, поехали…

Субсидиарная ответственность за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве:

КТО привлекает?

Арбитражный управляющий

Уполномоченный орган (ФНС, например)

Конкурсные кредиторы

КОГО можно привлечь?

Руководителя должника (генерального директора, директора, председателя правления, иное лицо, исполняющее обязанности руководителя в соответствии с Законом или на основании доверенности)

Учредителей (участников), акционеров компании, обладающих возможностью влиять на принятие решений должника

Коллегиальный орган управления (совет директоров, наблюдательный совет и т.д.)

Ликвидатора, членов ликвидационной комиссии

Почему заявление о банкротстве – это не Право, а Обязанность?

В данном случае мы имеем дело с предупредительной мерой: если Вы собираетесь вступать в хозяйственные отношения с компанией «Х», то было бы разумно выбирать в партнеры того, кто имеет возможность исполнить свои обязательства перед Вами, согласно контракту. Таким образом, если компания «Х» обнаруживает признаки неплатежеспособности, она обязана подать заявление о собственном банкротстве, тем самым уберегая Вас от финансовых потерь такого сотрудничества в будущем.

Напротив, невыполнение руководителем требований об обращении с заявлением должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии информации, что влечет за собой принятие несостоятельным обществом дополнительных обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены уже существующие. Речь идет о заведомой невозможности удовлетворения требований новых контрагентов, от которых было скрыто действительное финансовое положение компании.

Сроки подачи заявления на банкротство

1. Для единоличного (генеральный директор…) или коллегиального (совет директоров…) органа управления должником:
не позднее чем через месяц с момента, когда последний узнал (или должен был узнать) о возникновении объективных признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества компании.

2. Для Ликвидатора:
в течение десяти дней с момента выявления объективных признаков неплатежеспособности.

3. Для учредителей/акционеров:
в течение 10 дней с момента, когда закончился срок для обращения руководителя в суд с заявлением о банкротстве должника, если учредитель/акционер в единственном лице;

в течении 20 дней с того же момента, если у должника несколько учредителей/акционеров.

Как выявить признаки неплатежеспособности?

Так как же определить тот самый момент, когда ответчик должен был узнать о возникновении объективных признаков неплатежеспособности? Где грань между невозможностью погашения обязательств в оговоренный контрактом срок и очевидными признаками банкротства? Ведь может быть и так, что активы компании позволяют ей расплатиться по контрактам, но для удовлетворения требований кредиторов необходимо реализовать какую-то часть имущества фирмы, например.

От определения даты наступления объективных признаков неплатежеспособности чаще всего зависит исход судебного разбирательства по вопросу привлечения к субсидиарной ответственности. Позиция спорная, как Вы понимаете, и вызывающая больше всего спекуляций в судах. При этом обосновать и доказать ее крайне сложно (!).

Я рассмотрю три возможности:1. Единственный 100%-ый аргумент – наличие подписанного руководителем и сданного в налоговый орган убыточного бухгалтерского баланса. В этом случае дата сдачи баланса и станет тем самым моментом, когда руководитель узнал о наличии признаков объективного банкротства.

Однако на деле убыточные балансы сдаются крайне редко. Ведь это приведет не только к необходимости подавать заявление о банкротстве, но и к вероятной налоговой проверке.

Поэтому руководители делают все, чтобы не допустить отражения убытков в отчетности: «забывают» кредиторку, намеренно завышают данные дебиторской задолженности, увеличивают в разы товарные запасы – то есть отражают недостоверную информацию, искажая таким образом финансовые документы. Подробнее об этом читайте в статье: Как привлекают к субсидиарке за манипуляции с документами.

2. Проведение анализа финансово-хозяйственной деятельности должника, в ходе которого часто удается не только выявить дату появления обязанности по обращению с заявлением о банкротстве (путем вычисления коэффициентов, характеризующих платежеспособность компании), но и собрать достаточную доказательную базу для будущей субсидиарки.

3. Вариант, который чаще всего используется кредиторами для обоснования наступления срока подачи заявления должника о собственном банкротстве – аргументированные доказательства наличия признаков неплатежеспособности.

Сюда можно отнести: наличие многочисленных судебных споров с кредиторами, возбужденных исполнительных производств, постановления налоговых органов о допущенных правонарушениях, требования и претензии; отсутствие на складах товарных запасов, имеющихся в налоговой отчетности, не взыскание дебиторской задолженности, вывод активов и т.д. и т.п.

Давайте рассмотрим вышесказанное на практике:

Как привлекли к субсидиарке директора и соучредителя геофизической компании ПермьГео Головкова Н. В.

Оговорюсь заранее, судебные акты по делу читать тяжело, суды рассматривали иск не один раз (и даже не один круг J), привлекали много лиц, по разным основаниям, но для наших целей я выделила только фабулу привлечения генерального директора по основанию неподачи заявления на банкротство ПермьГео в месячный срок после наступления признаков неплатежеспособности. Итак, поехали!

Компания ПермьГео вела деятельность с 2007 г. и ее генеральным директором являлся Головков Н.В.

В 2014 г. актом выездной налоговой проверки было установлено, что ПермьГео незаконно брала к зачету НДС по фиктивным документам с контрагентом (ООО ХимКом). Никаких реальных услуг для должника общество ХимКом не оказывало, более того, было признано компанией, служившей исключительно для обналичивания денежных средств ПермьГео, а сам руководитель ХимКом привлечен к уголовной ответственности.

Привлекая Головкова к субсидиарке налоговому органу удалось доказать следующее:

– начиная с января 2011 г. руководитель ПермьГео намеренно совершал фиктивные сделки с целью неуплаты НДС;

– бухгалтерский баланс ПермьГео за первый квартал 2011 г. не отражал реальные пассивы компании, т. к. не содержал недоимку по НДС в размере почти полмиллиона рублей;

– если привести бухгалтерский баланс за первый квартал 2011 г. в соответствие с действительным положением дел, т. е. увеличить пассивы компании на сумму налоговой недоимки, то ее баланс будет убыточным, что подтверждает наличие признаков неплатежеспособности должника;

– с учетом сроков сдачи бухгалтерской отчетности за первый квартал до 20 апреля 2011 г., заявление о признании должника банкротом должно было быть подано Головковым не позднее 20 мая 2011 г., тогда как решение о добровольной ликвидации компании было принято лишь 09 сентября 2015 г.

Данный пример демонстрирует как можно обосновать дату наступления неплатежеспособности при положительном, но искаженном, бухгалтерском балансе должника.

На материале следующего примера мы разберем к чему приводит неверное определение размера субсидиарной ответственности в ситуации, когда привлекаешь по основанию за неподачу на банкротство.

Как привлекали к субсидиарной ответственности единственного участника и руководителя Инвесттехпром Фетисова Ю. В.

В рамках дела о банкротстве кредитор подал иск о привлечении Фетисова Ю. В. к субсидиарке за неисполнение им обязанности по подаче заявления о банкротстве должника. Судами трех инстанций требование истца было удовлетворено: с ответчика взысканы 6.5 млн руб., несмотря на лес возражений с его стороны.

Позиция судов, поразительно единодушных в своих выводах, обоснована следующими фактами:

– Фетисов Ю.В. являлся контролирующим должника лицом как генеральный директор и единственный участник с момента основания компании. Подробнее о КДЛ читайте в статье: Кого привлекают субсидиарной ответственности

Источник: https://zen.yandex.ru/media/id/5d0393151ede530d6121e7b9/subsidiarnaia-otvetstvennost-za-nepodachu-zaiavleniia-o-bankrotstve-5e919e62ca6eba4f096c7365

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.